Сегодня Савва Терентьев( terentyev) , его адвокат Владислав Коснырев и гуру ЖЖ Антон Носик (dolboeb) встретились на пресс-конференции в московском офисе ИА «Интерфакс». «Ъ» уже выдал фотографию Саввы с этого мероприятия: 


Via dmitrivrubel

Набрел на занятный текст про то, как выжить при встрече с милицией. Букв много, но очень полезно для самообразования! Просится в Топ-30 Яndex.блоги! И цитата про то, что делать не надо:

- не надо подходить к сотруднику милиции близко;
- не надо касаться сотрудника милиции, его одежды и уж тем более оружия;
- не надо здороваться с ним за руку (если, конечно это не старый знакомый или если рукопожатие наверняка без подвоха);
- не надо указывать ему, что ему делать;
- если задержан, то не надо пытаться помогать другим задержанным (особенно что-то спрятать или передать «на волю» какие-то предметы, включая записки).
- не надо в отделении милиции трогать незнакомые предметы, особенно металлические и особенно похожие на детали оружия (старый очень трюк- посадить человека в пустой комнате для написания объяснений и забыть про него на несколько часов, а перед ним на столе оставить какую-нить интересную вещицу… Обязательно тронет и не просто тронет, а облапает так, что оставит отпечатков на сотню уголовных дел.).
- не надо одевать в отделении милиции чужие вещи, даже если холодно и особенно, если сами милиционеры предлагают (например, было у меня дело, когда человеку предложили одеть шапку, а она оказалась вещдоком вся из себя фотографирована-протоколирована, найдена на месте тяжкого преступления).

У исламского права есть свои прелести. Би-би-си на днях сообщило:

Суд велел иранцу отдать жене 124 тысячи роз
    Иранская женщина отсудила у мужа 124 тысячи алых роз, которыми он обещал осыпать ее, если она выйдет за него замуж.
    В своем исковом заявлении она назвала спутника жизни «очень скупым мужем», жалевшим для нее даже чашку кофе, пишет газета «Э'темад». По иранскому законодательству, жена имеет право истребовать у мужа обещанный свадебный подарок в любое время после свадьбы или при разводе. Этот подарок становится собственностью жены, и она имеет право распоряжаться им по собственному усмотрению. Без такого обязательства мужа брачный контракт и сам брак теряет силу.
    Суд наложил арест на квартиру супруга, давшего благоверной столь разорительное обещание, до тех пор пока он не отдаст жене все 124 тысячи обещанных алых роз. Как пишет иранская газета, женщина, которую она называет только одним именем Хенгаме, решила стребовать с мужа весь букет после 10 лет совместной жизни, дабы наказать его таким образом за скупость. «Сразу после свадьбы я поняла, что Шахин - дешевка. Он отказывался платить за мой кофе, когда мы ходили в кафе и рестораны», - рассказала она.
    Шахин заявил в суде, что его доходы позволяют ему покупать жене только по пять роз в день и одновременно указал на ее «друзей-миллиардеров, которые надоумили ее на такие глупости». Судья оказался непреклонен: он наложил арест на квартиру Шахина, оцениваемую в 64 тысячи долларов, до тех пор пока он не выплатит этот супружеский долг в полном объеме.
    В столице Ирана Тегеране одна роза стоит около двух долларов. Гораздо чаще, чем розы, невестам в Иране обещают золотые монеты или недвижимость. За нарушение таких обещаний можно не отделаться арестом квартиры и даже попасть в тюрьму.

Случайно наткнулся на эссе «Размышления о псалмах» автора «Хроник Нарнии» Клайва Льюиса. Решил, вот, стырить отрывок:

    Думаю, что христианин должен всячески избегать грубых, жестоких, циничных, надменных людей. И не потому, что он для них слишком хорош, а потому, что слишком плох. Мы недостаточно хороши, чтобы справиться с соблазнами и проблемами, которые нас поджидают. Соблазн в том, чтобы поддакнуть, одобрить словами, смехом, взглядом. Он особенно велик теперь, когда мы не без основания так боимся ханжества. Если же не избегать этих сборищ, мы вечно будем попадать в них, нас туда просто затянет. Мы будем слушать, как подлость выдают за юмор, рассказывая даже не похабные истории, а такие, которые не расскажешь, не злоупотребив доверием. При нас будут выдавать людей, прикрываясь состраданием или остроумием. Будут все высмеивать, будут защищать жестокость, принимая без доказательств, что все прочее — сантименты. От малейшей веры в какую-то другую жизнь — в бескорыстие, в жертвенность, в благородство — будут просто отмахиваться, так что даже нельзя будет об этом серьезно поспорить.
    Что же нам делать? Если мы никак не протестуем, мы играем им на руку. Они еще раз убедятся, что «эти христиане» думают на самом деле так же, как они. Мы предаем Христа, когда все это терпим, словно «не знаем этого Человека». Но что же тогда? То и дело прерывать разговор, крича: «Я против!»? Встать и уйти? Это тоже подтвердит ходячее мнение о христианах — мы окажемся именно теми ханжами и невежами, какими нас считают.
    Хорошо молчать. Особенно это хорошо, потому что удовольствия от этого мало, а прямой протест может доставить особое наслаждение. Но и протестовать можно, только не властно, а в нормальном споре. Нередко нас поддержит самый неожиданный человек, потом другой, пока не окажется, что почти все думали, как мы. Конечно, «те» могут переспорить, но я понял, что это не так уж важно. Иногда через много лет самый заядлый ваш противник вдруг переменит мнение, и окажется, что повлияли на него ваши слова.
    Но бывает зло такой степени, когда надо возразить, что бы из этого ни вышло. Бывает такой беспардонный цинизм, такая жестокость, что мы обязаны протестовать. Если при этом нельзя не показаться ханжой, что ж, покажемся ханжами.
    Ведь важно другое: ханжа ли вы на самом деле. Если вам тяжело возражать, трудно вмешиваться, значит, эта опасность вас миновала. Если вам нравится обличать, тогда это опасно. Что же до чужого мнения, есть сообщества, в которых ханжой сочтут всякого приличного человека, а тому, кого не сочтут, стоит призадуматься. Чистоплюйство — грех, но в некоторых кругах только полный бесстыдник избежит этих обвинений.
    Особенно трудно общаться со «злонамеренными», потому что тут нужны не только добрая воля, смирение и смелость, но и ум, и умение вести себя, которые Бог дает не всегда. Поэтому «не сидеть» с ними велит нам не святошество, а здравый смысл. Слова «не введи нас во искушение» значат, среди прочего, «не попусти лестных приглашений, блестящих знакомств, причастности к элите, хотя мне очень этого хочется!».

Еще одно сочинение сисадмина Виктора Гижевского (gizhevsky).

О клумбах, газонах и полковниках

Не так давно в организацию, где работает мой знакомый, устроился работать новый сотрудник. То ли заместетилем директора, то ли еще кем. Так или иначе он был связан с административно-хозяйственной частью. Он был полковником ОМОН. Причем боевым. Заслуженным. За его плечами было боевое прошлое в Афганистане и Чечне. Человеком слова. Решительным и, говорят, очень грамотным командиром. Его уважали и ценили. Полагаю, было за что.

Прошло некоторое время. Полковник малость попривык к гражданской жизни. У сотрудниц уши перестали закручиваться в трубочку от его шуток. Сотрудники смогли пережить борьбу с курением и дисциплиной. "Ты в армии служил? Нет? А теперь вот в армию еще и гомосексуалистов будут брать", - смеялся полковник, тыкая пальцем в новости на экране ноутбука. И то ли просто смеялся, то ли на самом деле радовался этому замечательному факту, кто ж его знает. На дверях кабинетов появились новые таблички с номерами и названиями. На дверях туалетов тоже. Таблички на них гласили "22" и "23". Если теперь визитер спрашивал "а где у вас туалет?", ему отвечали "кабинет 22".

Для борьбы с курением в ход пошла наглядная агитация. На дверь специального отведенного для поглощения дыма места был прикреплен лист бумаги. На него была наклеена аккуратно вырезанная из газеты реклама чудодейственного центра борьбы с курением. В центре - фотография изрядно потрепанной женщины. Неопределенного возраста и с сигаретой в зубах. Ранее главным оружием офисного работника было дописано "Ей было всего 42 года...". Кто-то из сотрудников решил пошутить и дорисовал единичку. Получилось "Ей было всего 142 года...". Попытки найти, кто же это сделал, закончились ничем. В сердцах внизу листа было дописано "Ей было всего 142 года... На первый взгляд. А на самом деле 0 сорок два! Не дожила!!!". Ноль был написан цифрой и перед ним было достаточно места, чтобы сделать из нуля "сто". Однако, посмеявшись над всей этой историей, это делать никто не стал. Пока процент полковников невелик скорее смешно, чем грустно.

Память выхватывает эпизоды моей службы в армии. Вспоминается стрижка газонов и выдергивание сорняков. Зеленой краской мы траву не красили, но на внешний вид прилегающей территории уходило много времени и сил. Даже чересчур (а чем еще занять "защитников родины"). Помню и другие зеленые насаждения. Клумбы перед домом моей бабушки в деревне недалеко от Омска. Домик просто утопал в цветах. Да и все соседние тоже. Между милитаристскими газонами и мирными клумбами - пропасть. Огромная разница. И большие бабушкины мальвы, и маленькие анютины глазки тянулись к солнцу и свету, а неизвестные мне цветы за колючей проволокой гнули свои головы, пытались прижаться к земле, спрятаться от приведения стебля в соответствие с уставной длиной. Никогда полуподневольный труд из-под палки не создаст клумб. Не сможет. Сможет создать ИЛ-2 - это вероятно. Машину убийства и разрушения. Ценой невероятных усилий. Но не более.

За последнее десятилетие в российской власти находится все больше офицеров и людей, связанных с силовыми структурами. Больше полковников. Меньше клумб - больше газонов.

«Коммерсант» сегодня выдел гениальное «Уточнение»:

28 июня в материале "Раздача впридачу" допущена ошибка в названии фильма, вышедшего на телеканале НТВ. Вместо названия "Банды из ЮКОСа" следует читать "Бригада из ЮКОСа". Редакция приносит извинения читателям и автору фильма Алексею Малкову, удостоенному медали ордена "За заслуги перед Отечеством" I степени.

Навел камрад mon_montblanc

Рекомендую подборку снимков гроз и молний, сделанную австралийским фотографом. 

Слоненок в утробе матери:

Другие внутриутробные фотографии млекопитающих можно посмотреть здесь.

Испытание авиационного двигателя на птицестойкость (продолжительность записи - 32 секунды).

Нерон Клавдиевич™ Цезарь сидел в своем императорском кабинете и перечитывал "Иллиаду". "Бессоница. Гомер. Тугие паруса", - думал Нерон Клавдиевич™. Внезапно дверь кабинета без стука отворилась и внутрь торопливо вбежал заместитель главы его Администрации Луций Аннеевич Сенека.
- Беда, Нерон Клавдиевич™, - еще с порога задыхаясь выпалил он, - Народ на грани бунта!

Автор: eiri